# Буллинг в школе: как понять, что он есть, и что делать родителю Адрес страницы: https://ekarpenko.com/bulling-v-shkole/ Автор: Екатерина Карпенко, подростковый психолог, системный семейный психотерапевт. Проверено: 2026-09-04 ## Коротко Травлю от ссоры отличают две вещи: она возвращается изо дня в день и силы в ней разведены — один против компании. Родитель узнаёт последним, поэтому ориентироваться приходится не на слова, а на перемены: понедельничные боли, пропавшие вещи, длинная дорога домой. Первый разговор весит больше всего разбирательства: услышав «а ты что не ответил», ребёнок замолкает надолго. Со школой идут по ступеням и письменно, прося не наказания, а плана. ## Что видит родитель до того, как узнаёт «Мам, у меня опять живот болит, я сегодня не пойду». Третий понедельник подряд, и к обеду живот проходит сам. Вечером ребёнок сидит в телефоне спиной к двери, а на вопрос «как в школе?» отвечает «нормально» такой интонацией, что понятно: не нормально. Ко мне эти истории приходят не со слов «нашего ребёнка травят». Приходят с «он стал каким-то другим» и «мы перестали понимать, что происходит». Ощущение, что дело плохо, появляется у родителя недели за три до того, как он узнаёт, в чём дело. Если у вас сейчас холодеет внутри — вы не опоздали. Дети молчат месяцами, и молчат не из недоверия к вам. Рассказать — значит вслух согласиться, что с тобой можно так обращаться, а это стыдно даже перед своими. Сверху ложится страх: «пожалуюсь — станет хуже». Так что поздний рассказ говорит про устройство травли, а не про вашу невнимательность. ## Как отличить травлю от обычной ссоры Со стороны они выглядят одинаково, а устроены по-разному. Развести их помогают три вещи, и первые две проверяются за один вечер. **Она возвращается.** У ссоры есть начало и конец: поругались, разошлись, через несколько дней снова сидят за одной партой. Здесь конца нет — всё начинается заново каждое утро, и ребёнок знает об этом заранее, ещё натягивая куртку в прихожей. **Перевес на одной стороне.** В ссоре обе стороны могут ответить — словом, делом, обидой. Тут ответить нечем: один против компании, новичок против давнего ядра класса, тихий против того, за кем полкласса. Поэтому совет «разберитесь между собой» здесь не просто бесполезен, он оставляет ребёнка один на один с тем, что ему не по силам. **Нужны зрители.** Всё это живёт на публике: класс, коридор, общий чат. Наедине агрессор обычно не делает ничего, весь смысл в том, чтобы видели и смеялись. Отсюда и главная родительская ошибка, о ней чуть ниже. Один эпизод ещё ничего не значит. Граница проходит там, где повторение стало ожидаемым: ребёнок больше не надеется, что завтра будет иначе. Проверьте себя одним вопросом — может ли он выйти из этой истории своими силами? Если да, перед вами конфликт, и нужен навык. Если нет, нужны взрослые с полномочиями. ## Почему первый порыв обычно бьёт по ребёнку — Завтра же иду в школу и устраиваю разбор при всём классе. Пусть родителей этих мальчиков вызовут. — Не вмешивайся, сделаешь только хуже. Все через это проходили, пусть учится стоять за себя. Первый порыв понятный: ребёнку больно, значит надо громко и сразу. Беда в том, что громкий разбор без подготовки прилетает ему же. Класс узнаёт, что приходила мама, всё переезжает в чат и в раздевалку, где взрослых нет, а вы теряете единственное, что у вас было, — его согласие вам рассказывать. Второго рассказа не будет. Второй ответ обещает вырастить самостоятельность, а выращивает одиночество. Ребёнок делает вывод, который потом живёт годами: «даже дома не помогут». И «стоять за себя» тут физически не про что: будь силы равны, вышла бы обычная ссора, и мы бы с вами её не обсуждали. Между этими полюсами лежит не выбор «вмешаться или нет» — вмешиваться нужно обязательно. Разница в том, куда именно вы идёте. Не в класс и не в переписку с чужими родителями, а в систему: сначала договор с ребёнком, потом взрослые, у которых есть полномочия, и всё письменно. ## Признаки, которые видно из дома Прямо ребёнок скажет редко, зато поведение меняется само, и это заметно без расспросов. Смотреть стоит не на один сигнал, а на связку из нескольких, которая держится дольше пары недель. - **Тело говорит первым.** Головные боли и тошнота по утрам в учебные дни, которые бесследно проходят к субботнему обеду. Это не притворство: тревожное тело правда болит. - **Вещи исчезают и ломаются.** Потерянные наушники, «сам разбил» телефон, порванная лямка рюкзака, вечно пропадающая форма для физкультуры. Отдельным пунктом — деньги, которых стало не хватать. - **Дорога стала длинной.** Просит подвозить, выходит сильно раньше или, наоборот, приходит домой позже обычного — лишь бы не пересечься с кем-то у ворот. - **Телефон сменил статус.** Или не выпускает его из рук с застывшим лицом, или наоборот перестал открывать и молча вышел из всех чатов. - **Пропали имена.** Раньше в разговорах мелькали одноклассники, теперь не звучит никто. Никто не звонит, никто не зовёт, дни рождения проходят мимо. - **Сон и еда сбились.** Долго не засыпает в воскресенье, утром не добудиться, за завтраком ничего не лезет. Ни один пункт сам по себе не приговор: у подростка есть право на плохую неделю. Настораживает, когда сходится три-четыре и держится месяц. И если дело дошло до открытого отказа выходить из дома, отдельно посмотрите разбор про то, [почему подросток не хочет ходить в школу](https://ekarpenko.com/podrostok-ne-hochet-hodit-v-shkolu/): причина там не всегда в травле, но проверять её нужно первой. ## Первый разговор: что сказать и чего не спрашивать От этого разговора зависит больше, чем от всего дальнейшего разбирательства: будет ли ребёнок рассказывать дальше. Правило одно — сначала вы встаёте на его сторону, потом собираете факты. - **Начните с наблюдения, а не с вопроса.** «Я вижу, что тебе тяжело идти в школу. Выпытывать не буду. Я рядом». Прямое «тебя обижают?» почти всегда получает «нет» — признать вслух слишком стыдно. - **Скажите главное вслух.** «Ты ни в чём не виноват. Так с людьми нельзя, и это про них, а не про тебя». В травле ребёнок обычно уверен, что дело в нём: в очках, весе, голосе, фамилии. - **Пообещайте не действовать за спиной.** «Ничего не сделаю, пока мы не обсудим». И обещание держите, иначе следующая история дойдёт до вас через полгода. - **Разберите картинку по деталям.** Кто, где, при ком, как часто, что происходит в переписке. Не ради протокола, а чтобы вы оба увидели: перед вами не «атмосфера в классе», а конкретные люди и конкретные места. - **Договоритесь о следующем шаге вдвоём.** «Я поговорю с классным руководителем. Хочешь — при тебе, хочешь — без тебя, но перескажу слово в слово». Чего в этом разговоре быть не должно: расспросов в духе «а ты им что сделал», обещаний «я всё улажу» и вашей паники в голосе. Панику подросток считывает мгновенно и делает вывод, что дело безнадёжное. ## Порядок действий со школой Со школой работает не эмоция, а последовательность. Каждая ступень включается только после того, как предыдущая не дала результата, и каждая оставляет след — бумагу или переписку с датой. - **Классный руководитель.** Сначала разговор лично, следом короткое письмо: что происходит, с какого времени, кто участвует, о чём вы просите. Просите не наказать, а составить план — тогда у школы нет повода уходить в оборону. - **Заявление на имя директора.** Пишется в двух экземплярах, на вашем ставят входящий номер и дату. Устная просьба забывается, зарегистрированная — нет. - **Встреча с администрацией и школьным психологом.** Спрашивайте конкретику: что будет сделано на этой неделе, кто отвечает, когда встречаемся снова. - **Договорённость о безопасных точках.** Куда ребёнок уходит на перемене, кто из взрослых в курсе, что делать, если повторится прямо сегодня. - **Если школа бездействует.** Дальше идут управление образования и комиссия по делам несовершеннолетних. Вот здесь и пригодятся ваши даты и входящие номера. И отдельно: не ходите разбираться к родителям агрессора напрямую. Такие встречи заканчиваются взаимными обвинениями, а ребёнок наутро получает счёт за то, что «мамочка ходила жаловаться». Если же разговор с педагогом сам превратился в спор, посмотрите, [как вести себя при конфликте с учителем](https://ekarpenko.com/konflikt-s-uchitelem/) — механика там похожая. ## В 11 и в 15 травля выглядит по-разному Одним словом «травят» в разном возрасте называют разные вещи, и потому ход, сработавший со старшим ребёнком, у младшего проваливается. **10–12 лет.** Всё громкое и заметное: толкнули, спрятали портфель, придумали кличку, не взяли в игру. Ребёнок пока считает взрослого высшей инстанцией и рассказывает охотнее — если в первый раз его не отчитали. Вмешательство взрослых работает здесь быстрее всего, а слова нужны простые: «Я тебе верю. Это не игра и не шутки, я этим займусь, а ты скажи мне, если завтра повторится». **13–14 лет.** Самое закрытое время: мнение класса весит больше родительского, а просьба о помощи ощущается как позор. Всё уезжает в переписки и сторис, где взрослому не видно ничего. Заходить лучше через уважение к его контролю: «Без тебя ничего делать не буду. Но одно сделаю точно — не оставлю тебя с этим одного. Давай решим вместе, с чего начать». **15 лет и старше.** На первый план выходит уже не сама история, а её след: подросток успел сделать вывод о себе и о людях и часто отказывается от помощи, потому что «поздно» и «всё равно ничего не изменится». Говорить приходится как со взрослым, оставляя право на отказ: «Мне видно, что тебе с этим плохо. Решаешь ты, но варианты есть, включая другую школу. Скажи, какой кажется наименее противным». Про этот последний вариант скажу отдельно: уход из школы не бегство и не поражение, иногда это единственный способ дать ребёнку начать с чистого листа. Важно только, чтобы переход не стал вторым ударом, — про это есть разбор, [как помочь подростку пережить смену школы](https://ekarpenko.com/smena-shkoly-podrostok/). ## Фразы, которые закрывают ребёнка Их говорят из лучших побуждений, а доходит до ребёнка ровно обратное. Рядом с каждой — то, что он слышит. - «А ты что, ответить не мог?» — слышит: ты слабак, и виноват сам. - «Не обращай внимания, само пройдёт» — слышит: маме неинтересно, выкручивайся. - «Ну ты же тоже язвишь иногда» — слышит: получаешь заслуженно. - «Я завтра им там всем устрою» — слышит: завтра станет хуже, и я на это не влияю. - «Только никому не говори» — слышит: это позор, который надо прятать. Замена короткая и работает лучше любой из них: назвать чувство и остаться. «Похоже, тебе там очень паршиво. Я никуда не денусь, разберёмся вместе». ## Практика от Кати: письмо, которое пишете вы двое Когда история с травлей коснулась моей семьи, я сделала ровно то, чего теперь не советую никому: позвонила маме одноклассника и высказала всё, что думаю. К вечеру сын получил дома тишину, а в школе новую кличку. Промах был мой, и стоил он мне нескольких месяцев его молчания. Поэтому практика на сегодня — не звонок, а письмо, и составляете вы его вдвоём. Сядьте рядом и напишите три-четыре строки классному руководителю: что происходит, с какого времени, кто участвует, о чём вы просите. Ребёнок читает текст до отправки и вправе вычеркнуть любую строку: история его. Фраза, с которой начинается этот разговор, дословно: «За твоей спиной я ничего делать не буду. Давай напишем вместе, и ты первым прочитаешь то, что я отправлю». Срок — до конца текущей учебной недели, пока детали свежие и не стёрлись. Ответ школы пометьте датой: она понадобится, если придётся подниматься на ступень выше. Чего не делать: не писать ночью и на эмоциях, не перечислять в письме характеристики чужих детей и не отправлять текст, которого ребёнок не видел. Смысл практики ровно в том, что он впервые оказывается не предметом разбирательства, а его участником. ## Когда пора к специалисту, а не к новым разговорам К детскому психологу или психотерапевту идут, если после того, как в школе всё стихло, ребёнок не возвращается к себе: не выходит из дома, ждёт подвоха от каждого, не спит, перестал есть вместе со всеми. След от травли лечится отдельно от неё самой и сам по себе не рассасывается. Не откладывая до понедельника — если ребёнок говорит, что не хочет жить, если вы видите следы самоповреждения или он вторые сутки не выходит из комнаты. Тут нужен врач, а не разговор по душам. Что сказать ему про специалиста: «Ты не сломанный, чинить тебя никто не собирается. Просто есть люди, чья работа — разгребать то, что на тебя вывалили. Сходим один раз, а дальше твоё слово». Если тревога держится и после того, как история закончилась, посмотрите разбор [про тревожного подростка](https://ekarpenko.com/trevozhnost-u-podrostka/): там о том, как возвращать чувство безопасности. И покажите ему, что часть работы он делает сам, — вот текст, написанный не для вас, а для него: [что делать, когда травят тебя](https://ekarpenko.com/kak-zashchitit-sebya-pri-bullinge/). Читать его лучше без взрослого за плечом. ## Частые вопросы ### Ребёнок просит ничего не делать. Слушаться? Соглашаться на полное бездействие нельзя, а вот на темп и способ — можно и нужно. Скажите прямо: «Молчать я не смогу, но пойду только тем путём, который мы выберем вместе». Договоритесь о первом шаге, где риск для него минимальный: разговор с классным руководителем без называния имён. ### Всё происходит в переписке, а в классе тихо. Это считается? Считается, и переносить в школу это можно так же. Сохраните скриншоты с датами и именами аккаунтов — они и станут доказательством, которого обычно не хватает. Отдельно проверьте настройки приватности и отключите ребёнку возможность добавлять его в чаты без подтверждения. ### Учитель говорит, что дети просто играют. Что отвечать? Отвечать фактами и просьбой, а не спором. «Игра — это когда обеим сторонам весело и любой может выйти. Мой ребёнок выйти не может. Я прошу план на неделю и встречу в пятницу». Если формулировка «просто игра» повторяется письменно — это уже основание идти к директору. ### Отдать ребёнка на единоборства — поможет? Спорт поднимает осанку и уверенность и в этом смысле полезен, но травлю он не останавливает: она держится на численном перевесе, а не на слабости. Отправлять в секцию «чтобы дал сдачи» вредно — ребёнок читает это как «разбирайся сам». Отправлять ради тела и своей компании — хорошо. ### Мой ребёнок не жертва, а зритель. Что с этим делать? Зрители и есть то, ради чего всё затевается, поэтому разговор с ними работает на удивление сильно. Дома обсудите не «вступись», а «не смейся и не снимай»: отказ от смеха уже отбирает у происходящего смысл. И проговорите безопасный вариант помощи — уйти вместе с тем, кого травят, или сказать взрослому. ### Как понять, что всё закончилось? Не по словам «всё нормально», а по возвращению обычной жизни: снова звучат имена одноклассников, ребёнок берёт трубку при вас, собирается в школу без утренних торгов. Если внешне тихо, а замкнутость держится, значит закончились события, но не последствия, и работать надо с ними. --- Источник: Катя Карпенко, https://ekarpenko.com/bulling-v-shkole/. Каноническая версия страницы — HTML по этому адресу.