Главная → Учёба и мотивация

Подросток не тянет подготовку к экзаменам: куда обратиться

Екатерина Карпенко — подростковый психолог, системный семейный психотерапевт, практика более 10 лет · проверено 14 сентября 2026 г.

Третий пробник со слезами

Он садится за учебник в семь, к девяти сделано полторы задачи, в десять приходит сообщение с результатами пробника, и вечер заканчивается закрытой дверью. «Мам, я всё равно не сдам, отстань от меня». Вы смотрите на оплаченного репетитора, на купленные сборники и не понимаете, куда всё это уходит.

Тут полезно знать одну вещь: под подготовкой к экзаменам обычно ломается не знание предмета, а способность им пользоваться. Тревога съедает рабочую память первой — ту самую, которая держит условие задачи, пока ты её решаешь. Человек, который вчера всё понимал, сегодня перечитывает одно предложение пять раз, и это не притворство.

Поэтому вопрос, с которого стоит начать: он не знает материал или не может собраться? Ответы на эти два вопроса ведут к разным людям, а выглядят они совершенно одинаково — как «ничего не делает и всё завалит».

Что именно не тянется: три разных провала

Первый — реальные дыры в знаниях. Пропущенные темы копились годами, и теперь на них не встаёт новое. Опознаётся легко: он способен работать, не паникует, но упирается в одни и те же места. Это единственный случай, где помогает репетитор, и помогает хорошо.

Второй — состояние. Он не спит, не ест, плачет, срывается, к вечеру выключается. Знания при этом могут быть в порядке, а пробники всё равно проваливаются, потому что на самом экзамене включается то же самое. Тут репетитор бесполезен и вреден — он добавляет часов туда, где их уже не выносят.

Третий — формат. Ребёнок знает предмет, но теряется в бланках, не укладывается во время, не понимает, чего от него хотят в развёрнутой части. Это чинится тренировкой формата, а не количеством занятий. Про поддержку перед экзаменами есть отдельный разбор.

«Добавим ещё двух репетиторов» и «не сдаст — значит, не судьба»

— Раз не тянет, берём ещё занятия, шесть дней в неделю. Логика арифметическая и в половине случаев неверная: если провал в состоянии, каждый новый час увеличивает нагрузку и ускоряет обвал. Через месяц вы получите ребёнка, который не тянет уже ничего, и потраченные деньги.

— Не сдаст — пойдёт работать, ничего страшного. Спокойствие здесь ценно, а вот безучастность нет: подросток в этот год впервые сталкивается с задачей, которую нельзя отложить, и остаться с ней в одиночку — тяжело.

Середина проговаривается вслух и ровным голосом: «Результат — важная штука, но не единственная. Разберёмся, что мешает, и починим то, что чинится». Экзамен остаётся, катастрофа исчезает.

Что делают дома, прежде чем нанимать кого-то ещё

Разберите, что именно не идёт. Сядьте с результатами пробника и посмотрите не на балл, а на структуру: какие задания не сделаны, закончилось ли время, есть ли глупые ошибки в том, что он знает. Три разные картины — три разных решения.

Спасайте один предмет, а не все. Когда рушится всё, единственный рабочий ход — выбрать одно и довести до приличного уровня. Успех в одном месте возвращает способность работать в остальных; попытка тянуть всё сразу не возвращает ничего.

Сократите, а не добавьте. Уберите один кружок, один день занятий, лишнюю секцию. Освободившееся время не надо заполнять учёбой — оно должно остаться пустым, иначе разгрузки не случится.

Верните сон и еду в приоритет. Ночная зубрёжка перед пробником стоит дороже, чем даёт: невыспавшийся человек теряет на экзамене больше баллов, чем выучил ночью. Это не лирика, а рабочая арифметика.

Уберите разговоры об экзамене из ужина. Одно окно в день для этой темы, остальное время дом должен быть местом, где про баллы не спрашивают.

Кто здесь помогает: репетитор, врач, психолог, школа

Репетитор. Его зона — знания и формат, и только они. Хороший репетитор сам скажет, если проблема не в предмете, — и такому стоит верить. Брать второго и третьего, пока непонятна причина, значит платить за усиление того, что и так не выдерживает.

Педиатр или невролог. К ним идут, когда появилось тело: бессонница, головные боли, тошнота перед пробниками, сердцебиение, обмороки, резкая потеря веса. Это осматривают и проверяют очно; заочно никто ничего не определяет, и ни одна статья тут не советчик.

Подростковый психолог. Его зона — паника на экзамене, страх подвести родителей, ощущение, что от этих баллов зависит вся жизнь, и ступор, при котором человек сидит над знакомой задачей и не может начать. Работа идёт быстрее, чем принято думать: часто хватает нескольких встреч до даты экзамена.

Школа. Её зона — организация: какие предметы он обязан сдавать, можно ли что-то поменять, как устроены пробники, есть ли консультации у учителей. Разговор с классным руководителем иногда снимает половину лишней нагрузки.

Экзаменационный год в 13–14 лет и в 15 лет и старше

13–14 лет. Первый экзамен ощущается как проверка не знаний, а его самого: провалю — значит, я никчёмный. Здесь взрослому важнее всего разделить эти две вещи вслух и не один раз. Помогает и практика: чем больше он видел настоящих бланков, тем меньше страха в незнакомом.

15 лет и старше. Добавляется вес выбора: куда поступать, что дальше, и сколько это стоит семье. Отсюда фраза, которую слышат многие: «Пап, я вас подведу». Работает честность про деньги и про запасные варианты — знание, что план Б существует, снижает напряжение сильнее любых уговоров.

10–12 лет. До экзаменов ещё далеко, и самое полезное здесь — не готовиться, а не выращивать страх: не пугать будущими испытаниями и не превращать контрольные в событие семейного масштаба. Отношение к проверкам закладывается именно сейчас.

Фразы, которые добивают в экзаменационный год

«Ты понимаешь, что от этого зависит вся твоя жизнь?» Ставка поднята до максимума, а способность соображать под такой ставкой падает. Это прямой вклад в панику на самом экзамене.

«Мы столько денег вложили в репетиторов». Долг перед семейным бюджетом добавляет вины и ни одного балла. Сколько раз за последнюю неделю дома звучало слово «экзамен»?

«У Маши уже восемьдесят баллов на пробнике». Сравнение сообщает отстающему, что он уже проиграл, и лишает смысла оставшиеся месяцы.

«Просто сядь и учи, не выдумывай». Если человек не может начать, команда начать не помогает. Вместо неё работает конкретное: «Давай сегодня не весь предмет, а одно задание. Начнём с того, которое ты умеешь».

Практика от Кати: сорок минут по будильнику и ни минутой больше

Условие у этого упражнения одно и неудобное для родителей: заниматься он будет ровно сорок минут, а потом остановится, даже если пошло хорошо. Ставится будильник, после звонка учебник закрывается. Один такой отрезок в день — минимум, который засчитывается как выполненный день.

Работает это потому, что возвращает выполнимость. Человек, который не садится за уроки, не ленится — он смотрит на трёхчасовую гору и не может к ней подойти. Сорок минут подойти можно, и после третьего-четвёртого дня он обычно сам начинает продлевать.

Ко мне приходила мама девятиклассницы, которая месяц не могла заставить дочь открыть учебник. Они договорились на сорок минут по будильнику, и первую неделю девочка честно останавливалась на звонке. На восьмой день она сказала, что будильник мешает, — и это был первый хороший вечер за месяц.

Из упражнения стоит убрать привычные добавки: похвалу «ну вот, можешь же», просьбу позаниматься ещё немного и подсчёт, сколько таких отрезков было за неделю. Сорок минут, будильник, закрытый учебник.

Когда подготовку надо ставить на паузу

Идти к врачу, не дожидаясь экзамена, если он перестал спать неделями. Если перед каждым пробником появляются тошнота, дрожь, нехватка воздуха. Если он падал в обморок. Если резко изменился вес. Если сидит над знакомым материалом часами и не может сдвинуться — так выглядит не лень, а перегрузка, с которой справляются не усилием воли.

И отдельно: если он говорит, что не видит для себя никакого продолжения после этого экзамена, обращаться нужно сразу, в тот же день, и это важнее любой подготовки.

Говорить с ним стоит про конкретную помеху, а не про его характер: «Я вижу, что ты не можешь начать, хотя хочешь. Это разбирают, и это не про лень. Сходим один раз». Первая встреча идёт не про предметы — спрашивают, как проходят дни, что происходит перед пробником и чего он сам ждёт от лета. Как идёт консультация, описано отдельно; взрослому можно прийти без ребёнка.

Материалы сайта — не медицинская консультация и не диагноз.

Материалы сайта — не медицинская консультация и не диагноз. Если состояние ребёнка вас пугает, обратитесь к специалисту.

Катя Карпенко

подростковый психолог, системный семейный психотерапевт

Я работаю с подростками и их родителями каждый день. Моя задача не «починить ребёнка», а вернуть в семью контакт: чтобы вы снова разговаривали, а не воевали.

Подробнее о Кате →