Главная → Эмоции подростка: злость, обида, стыд

Подросток не умеет называть свои чувства

Екатерина Карпенко — подростковый психолог, системный семейный психотерапевт, практика более 10 лет · проверено 15 сентября 2026 г.

«Не знаю. Нормально. Отстань»

Вы видите, что человек мрачный второй день, и спрашиваете, что случилось. В ответ — пожатие плечами. Пробуете иначе: обидели? устал? поссорились? Слышите: «Мам, я же говорю, не знаю, всё нормально». И уходит к себе. Бывает, что слова находятся не в разговоре, а в тетради, и грустные стихи подростка — скорее хороший знак.

Умение назвать своё состояние — не черта характера, а навык, и он появляется только там, где его показывали. Ребёнок различает чувства ровно настолько, насколько их различали при нём: если дома все состояния описывались словами «хорошо» и «плохо», третьего оттенка ему взять негде. Это не упущение, это просто необученное место. Подростку, который хочет научиться этому сам, можно показать статью как выразить свои чувства словами.

Есть приметы, по которым видно, что дело именно в словаре, а не в нежелании говорить: он злится на сам вопрос, а не на вас; описывает состояние через тело («башка болит», «тошно»); легко рассказывает, что произошло, но встаёт в тупик на вопросе, как ему от этого.

Откуда берётся словарь состояний

Чувства опознаются по двум подсказкам: телесной и словесной. Телесную человек получает сам — сжатые челюсти, ком в горле, тяжесть в груди. А вот название к этому ощущению всегда приходит снаружи, от взрослого, который однажды сказал: «Похоже, ты сейчас обиделся».

Отдельная сложность подросткового возраста — сила и скорость. В двенадцать-пятнадцать состояния меняются быстрее, чем человек успевает их заметить, и всё сливается в одно мутное «мне плохо». Отсюда и раздражение на вопросы: ему самому непонятно, что там происходит.

Я сама на этом попадалась. Долго спрашивала дочь «что ты чувствуешь?» и получала «ничего», пока не начала говорить за себя: «я сейчас злюсь, потому что устала и не успела». Через пару недель она впервые сказала, что ей не грустно, а обидно, — разница, которую до этого мы обе не различали.

Допросить или махнуть рукой

— Пока не скажешь, что с тобой, никуда не пойдёшь.
Требование назвать чувство под давлением даёт ровно обратный результат. Человек, который и так не различает состояний, в напряжении не различает их вовсе, и выдаёт первое попавшееся слово, лишь бы отстали. Заодно вопросы о состоянии навсегда связываются с допросом.

— Ну не хочет говорить — и не надо, вырастет, разберётся.
Само это обычно не вырастает. Взрослые, которые не умеют назвать своё состояние, потом годами объясняются через «всё нормально» и срываются на близких. Навык не приходит с возрастом — он приходит с практикой.

Рабочая середина простая: взрослый называет свои состояния вслух и предлагает ребёнку варианты, не требуя выбрать. «Похоже, ты либо злишься, либо очень устал. Мне кажется, второе» — на такую фразу отвечают гораздо чаще, чем на прямой вопрос.

Как нарастить словарь, не превращая дом в кабинет

Говорите за себя, а не про него. Три-четыре раза в день вслух называйте своё: «я растеряна», «мне обидно», «я рада, что мы успели». Это и есть основное обучение, и оно не требует его участия.

Предлагайте варианты. Вместо «что ты чувствуешь?» — «это больше похоже на злость или на обиду?». Выбор из двух вариантов доступен даже тому, у кого нет своих слов. После развода родителей таких чувств особенно много, и для самого подростка есть статья, как пережить развод мамы и папы.

Начинайте с тела. «Где это ощущается — в груди, в горле, в животе?» Телесный вопрос подростки берут охотнее: он про факты, а не про душу. Дальше телесное ощущение можно вместе назвать.

Разводите похожие состояния. Обида и злость, тревога и усталость, стыд и вина — каждая пара на первый взгляд одинаковая, а требует разного. Помогает практика на чужих историях: что чувствовал герой сериала и почему. Тут же пригодится разбор про то, как развить эмпатию у подростка.

Не чините сразу. Названное чувство не нужно немедленно улучшать. Если после каждого «мне тревожно» следует инструкция, человек перестаёт называть. Подробнее о самообладании — в разборе про то, как научить подростка управлять своими реакциями.

Словарь чувств в 10–12, 13–14 и после 15

10–12 лет. Доступны крупные состояния: весело, страшно, обидно, злюсь. Оттенки пока не различаются, и требовать их рано. Хорошо работают игры и карточки с лицами, а ещё — ваши комментарии к происходящему: «смотри, он расстроился, но старается не показать».

13–14 лет. Словарь есть, но говорить не хочется: любое обсуждение состояния воспринимается как вторжение. Типичный ответ звучит так: «Мам, ну что ты меня препарируешь». Помогает косвенный разговор — в машине, на прогулке, за мытьём посуды, когда не надо смотреть в глаза.

15 лет и старше. Появляется интерес к самонаблюдению, особенно если рядом есть образец. В этом возрасте уже уместны сложные различения: обида и разочарование, тревога и предвкушение. Разговор лучше вести на равных, признавая, что вы и сами не всегда понимаете, что с вами.

Реплики, которые отучают говорить о себе

«Ничего страшного, пройдёт». Состояние объявлено неважным раньше, чем названо. В следующий раз человек не начнёт.

«Ты просто устал, иди поспи». Может быть, и устал, но это ваша версия, поставленная вместо его. Версию лучше предлагать как вопрос, а не как приговор.

«Опять ты драматизируешь». Обесценивание силы переживания. Подросток и правда переживает сильнее взрослого, это особенность возраста, а не характер.

«Мальчики не обижаются». Запрет на половину словаря по признаку пола. Такой запрет потом стоит человеку годы, и разбирать его приходится уже во взрослом кабинете.

Практика от Кати: три слова перед сном

Вечер, свет приглушён, разговор идёт в дверях или на кухне — там, где не надо садиться напротив. Вы называете три своих состояния за день и коротко объясняете, откуда каждое: «утром была довольна, в обед злилась на дорогу, вечером спокойна». Ответа не ждёте и не просите.

Через несколько дней человек обычно начинает вставлять свои. Не потому, что вы попросили, а потому, что появился формат, в котором это не стыдно. Если не начинает — продолжайте говорить за себя, срок тут не неделя и не месяц.

Фраза, которую можно взять дословно: «Это я просто вслух, отвечать не надо».

А вот чего лучше избегать: заканчивать свой список вопросом «а у тебя?». Ровно на этом месте упражнение превращается в опрос, и человек закрывается.

Когда молчание про чувства — не про словарь

Насторожить должно другое: не отсутствие слов, а отсутствие реакций. Лицо не меняется ни на хорошие, ни на плохие новости. Он не радуется тому, что раньше радовало, и не злится там, где злился всегда. Про себя говорит как про постороннего. Появились порезы, ожоги, следы на руках — тогда разговор нужен не о словаре, и откладывать его нельзя.

С этим работает подростковый психолог, а при стойком равнодушии ко всему — вместе с врачом. Пригласить проще через понятную задачу: «Ты сам говоришь, что внутри пусто и слов нет. Есть человек, который помогает эти слова находить, давай попробуем один раз». Если равнодушие держится месяцами и к нему добавились нарушения сна и еды, ждать не стоит. Рядом полезен разбор про эмоциональную холодность подростка.

Материалы сайта — не медицинская консультация и не диагноз.

Материалы сайта — не медицинская консультация и не диагноз. Если состояние ребёнка вас пугает, обратитесь к специалисту.

Катя Карпенко

подростковый психолог, системный семейный психотерапевт

Я работаю с подростками и их родителями каждый день. Моя задача не «починить ребёнка», а вернуть в семью контакт: чтобы вы снова разговаривали, а не воевали.

Подробнее о Кате → Задать вопрос психологу онлайн →