Главная → Еда, вес и отношения с телом
Подросток заедает стресс: почему так происходит и чем помочь
Коротко
Еда как утешение — самый доступный способ быстро снизить напряжение, и подростки приходят к нему раньше всех остальных способов. Опознаётся это не по количеству съеденного, а по поводу: ест после ссоры, оценки, тяжёлого дня, а не когда голоден. Война за холодильник, замки и подсчёт съеденного добавляют стыд и уводят еду в тайну. Опора появляется там, где взрослый занимается не кухней, а тем, что ребёнок пытается этой едой заглушить.
Содержание
Полпачки печенья после родительского собрания
Вы вернулись с собрания, где вам рассказали про его тройки. Разговора не было, вы просто вздохнули в коридоре.
Через полчаса на кухне пропадает полпачки печенья, а на ваш вопрос дочь бросает: «Мам, я просто есть хотела, отстань». Знакомая последовательность?
Выдыхаем. Еда как утешение — не испорченный характер и не распущенность.
Ко мне приходила мама, которая три месяца считала съеденное и только потом заметила закономерность: дочь ела в те дни, когда в школе было плохо.
Почему именно еда, а не что-то другое
Напряжение требует разрядки, и психика выбирает самый быстрый доступный способ. Еда доступна всегда, действует за минуты, не требует никаких навыков и не вызывает вопросов у окружающих — идеальный кандидат.
У подростка к этому добавляется возраст. Называть свои состояния словами он ещё толком не умеет: внутри что-то давит, а что именно — непонятно. Тело находит решение раньше, чем голова успевает разобраться.
Второй источник — усталость и недосып. Когда человек не выспался, тяга к быстрой еде растёт сама по себе, без всякой психологии. Поэтому у школьника с поздним отбоем вечерние набеги на кухню бывают просто следствием режима.
Девочка 14 лет описала мне это честнее любого учебника, и она говорит без всякого кокетства: «Мам, когда я жую, у меня в голове тише». Третий — семейная привычка. Если дома еда всю жизнь работала как утешение и как награда, подросток просто пользуется усвоенным инструментом.
И важное различие. Эпизодически поесть после тяжёлого дня — обычное человеческое поведение, так делают почти все взрослые. Тревожным это становится тогда, когда еда остаётся единственным способом успокоиться, происходит тайком и сопровождается стыдом.
«Закрою кухню на замок» и «не трогайте, пусть ест»
— Убираю все сладости из дома, будет есть то, что положено.
— Ребёнок растёт, пусть ест сколько хочет, потом перерастёт.
Первая позиция превращает еду в запретный ресурс, а подростка — в того, кто её добывает. Прячут, едят ночью, покупают по дороге из школы, и к самой привычке добавляется вранье.
Вторая делает вид, что ничего не происходит. Но дело не в количестве съеденного, а в том, что у ребёнка нет других инструментов, и без взрослого они сами не появятся.
Рабочая середина: еду не делаем ни врагом, ни наградой, а занимаемся тем, что подросток пытается ею заглушить.
Что менять взрослому, кроме содержимого холодильника
- Смотрите на повод, а не на объём. Неделю просто замечайте, в какие дни это происходит. Связь с событиями обычно проступает сразу и объясняет больше любых разговоров.
- Верните нормальные приёмы пищи. Завтрак и обед — лучшая профилактика вечерних набегов: голодный к вечеру подросток съест больше и быстрее. О том, как это наладить без давления, есть отдельный разбор.
- Дайте словам место. Вечерний короткий вопрос про день без разбора и оценок делает больше, чем контроль холодильника: то, что названо словами, реже заедается.
- Предложите другие быстрые способы. Душ, прогулка, музыка в наушниках, десять минут с собакой. Выбирает он, ваше дело — предложить набор.
- Наладьте сон. Недосып повышает тягу к быстрой еде напрямую, поэтому вечерний режим здесь работает как часть решения — подробности в разборе про то, зачем подростку режим дня.
Когда этот порядок не работает: если еда стала тайной и сопровождается сильным стыдом, а разговоры о ней вызывают слёзы или ярость. Тогда заниматься этим дома не нужно — нужен специалист.
Подростку — своя группа
Один из четырёх шагов группы «Точка опоры» — научиться понимать, что творится внутри, и говорить об этом вслух. Ребята собираются составами по возрасту и разговаривают между собой под моим ведением, без родителей в чате. Оплачивает взрослый, работает ребёнок.
Напишите Кате: подойдёт ли группа моему ребёнку.
По возрастам
10–12 лет. Ест открыто и обычно не скрывает. Решается почти всегда бытом: нормальный обед, перекус после школы, понятный вечер. Фраза под возраст: «Давай поедим нормально, а потом расскажешь, как день».
13–14 лет. Появляются тайные запасы в комнате и ночные походы на кухню, а вместе с ними стыд и сравнение себя с другими. Комментарии про внешность здесь опасны: одна фраза может запустить противоположную крайность. Фраза под возраст: «Я не про еду хочу поговорить. Что вообще происходит?»
15 лет и старше. Добавляются экзаменационная нагрузка и собственные деньги, на которые еда покупается вне дома. Здесь работает только партнёрский разговор, контроль невозможен технически. Фраза под возраст: «Если захочешь разобраться с этим, я помогу найти, с кем».
Чего говорить нельзя
Что из этого звучало у вас на кухне? Несколько фраз добавляют стыд, а стыд — главное топливо для того, чтобы есть тайком.
«Ты в зеркало себя видел?» — удар по телу, а не по привычке, и последствия у него долгие.
«Опять жрёшь» — одно это слово переводит разговор в унижение, и дальше он будет есть при закрытой двери.
«Я в твои годы столько не ела» — сравнение обесценивает его состояние и ничему не учит.
Работает спокойное и без темы еды: «Ты сегодня какой-то придавленный. Что случилось?»
Практика от Кати: вопрос до, а не после
Ближайшие дни ловите момент не на кухне, а до неё: как только он вернулся домой, спросите про день, пока рюкзак ещё в руках.
Скажите дословно: «Ну как оно сегодня? Одним словом».
Одно слово — важное условие. Развёрнутый рассказ подросток на пороге не выдаст, а короткий ответ выдаст почти всегда, и этого достаточно, чтобы напряжение вышло наружу раньше, чем дойдёт до печенья.
Себе на эти две недели запретите любые комментарии про его вес, фигуру и размер порции. Ни одного, даже доброжелательного.
Перемену заметите по одному: он начинает выкладывать новости про школу ещё до ужина.
Когда домашних мер уже недостаточно
Специалист нужен в нескольких случаях: если еда стала тайной и сопровождается стыдом; если после еды появляются попытки от неё избавиться; если ребёнок начал резко ограничивать себя и считать каждый кусок; если вместе с этим ушли сон, настроение и общение с друзьями; если вес заметно меняется в любую сторону.
Порядок обычный: сначала педиатр — исключить медицинские причины и оценить состояние, дальше психолог или специалист по расстройствам питания. Самостоятельные диеты и ограничения в этой ситуации противопоказаны, их назначает только врач. Ребёнку говорят без обвинений: «Я не про твою внешность. Я хочу, чтобы тебе было легче».
Материалы сайта — не медицинская консультация и не диагноз.
Частые вопросы
Как отличить заедание от обычного подросткового аппетита?
По поводу и по времени. Растущий подросток ест много и регулярно, а заедание привязано к событиям: после ссоры, оценки, тяжёлого дня.
Стоит ли убрать из дома сладкое?
Полный запрет обычно даёт обратный эффект и уводит еду в тайну. Полезнее сделать доступной нормальную еду, чтобы к вечеру он не приходил на кухню голодным.
Можно ли предложить ему заняться спортом?
Можно, если это не подаётся как способ похудеть. Движение хорошо снимает напряжение само по себе, и именно в этом качестве о нём и стоит говорить.
Он ест ночью и прячет обёртки. Что делать?
Не устраивать разоблачение. Тайна — признак стыда, и разбирать нужно не обёртки, а то, из-за чего ему так тяжело вечерами.
Мне кажется, он поправился. Сказать об этом?
Не стоит. Комментарии про тело у подростка почти никогда не приводят к желаемому и часто запускают крайности — говорите о самочувствии, а не о внешности.
Катя Карпенко
Я работаю с подростками и их родителями каждый день. Моя задача не «починить ребёнка», а вернуть в семью контакт: чтобы вы снова разговаривали, а не воевали.
Подробнее о Кате →Что дальше
Статья даёт понимание, группа даёт изменения. «Точка опоры» — три месяца в закрытой онлайн-группе со сверстниками, веду её я: подросток разбирается, кто он, что с ним происходит, как говорить «нет» и как быть с другими. Родителей в группе нет — на этом всё и держится.
Напишите Кате: подойдёт ли группа моему ребёнку.
Читать по теме
- Как проходит консультация подросткового психолога
- Как перестать тревожиться, пока подросток гуляет
- Подросток выдохся от нагрузки: что такое подростковое выгорание
- Подросток лезет туда, где опасно: как с ним говорить
- Подросток отказывается идти на школьный праздник: что делать
- Подросток вырос не таким, как я ожидала: что с этим делать