Главная → Буллинг

Подростка 16 лет травят в классе: порядок действий

Екатерина Карпенко — подростковый психолог, системный семейный психотерапевт, практика более 10 лет · проверено 27 сентября 2026 г.

Десятый класс, где его не замечают

После девятого половина класса ушла, пришли новенькие, и за пару месяцев всё сложилось не в его пользу. Сын обедает один. Его сообщения в общем чате остаются без ответа, а к фамилии прилипло прозвище, которое повторяют даже те, с кем он раньше дружил. Вы спрашиваете, как дела в школе, и слышите: «Пап, это моё дело, я не маленький».

Как помочь человеку, который почти взрослый и не хочет помощи? Для начала стоит принять, что вы узнали поздно не из-за невнимательности. В шестнадцать лет подросток бережёт образ взрослого, который со всем справляется, и признаться родителям в травле для него почти как признать поражение. Он скрывал это старательно, и это говорит о его гордости, а не о вашей слепоте.

Приметы у старших подростков такие. Внезапные пропуски отдельных уроков. Нежелание идти на школьный вечер. Резкий интерес к экстернату или колледжу без понятной причины. Каждая по отдельности объяснима, но вместе они повод присмотреться.

Когда травят почти взрослого

В старших классах травля становится тоньше. Кулаков почти нет. Зато есть демонстративный игнор и шутки с двойным смыслом, смешные всем, кроме одного. О планах на выходные он узнаёт последним, а неловкий момент снимают на телефон. Взрослому со стороны это кажется мелочью, а на деле это ежедневное давление.

Граница остаётся той же, что и в младших классах: один против группы, повторение и намерение задеть. Ссора старшеклассников обычно выгорает за неделю, травля держится месяцами, потому что у неё есть зрители.

В шестнадцать подросток собирает взрослое представление о себе, и признание ровесников для него доказательство, что он состоялся. Когда класс отказывает в этом признании, под вопрос встаёт не настроение, а ощущение собственной ценности. Отсюда и резкие ответы дома: злость на родителей часто бывает злостью на себя, которому некуда деться.

«Решай сам, ты взрослый» или «я поговорю с их отцами»

— Ты уже взрослый, решай сам. Родитель рассчитывает, что так уважает самостоятельность сына. Но в травле против него работает группа, а шестнадцать лет не делают человека сильнее целого класса. Оставленный один на один, подросток обычно выбирает самое простое: перестать ходить на уроки или замкнуться. В сети проще всего удалить аккаунт и исчезнуть, поэтому при травле в чатах и соцсетях союзник нужен тоже.

— Я поговорю с их отцами, пусть объяснят своим детям. Порыв защитить понятен, особенно когда видишь, как сын гаснет. Только старшеклассник воспримет такой разговор как публичное унижение: теперь весь класс узнает, что за него вступился папа. Для его репутации это хуже любого прозвища.

Прежде чем выбрать, спросите себя: «Мне важнее, чтобы он справился, или чтобы я почувствовал, что что-то сделал?» Середина звучит так: «Решение за тобой, но думать над ним одному не придётся».

Роль консультанта, а не спасателя

Спросить, какая помощь нужна. Вопрос «что мне сделать?» старшему подростку даётся легче, чем рассказ о чувствах. «Хочешь, я просто выслушаю? Или вместе подумаем, как быть? Или мне сходить в школу?» Сам выбор уже возвращает ему часть контроля.

Разложить ситуацию вдвоём. Кто начал, кто подхватывает, кто просто смотрит, а кто держится в стороне. У каждого класса есть нейтральные люди, и на них можно опереться. Если есть записи или переписка, их стоит сохранить с датами прямо сейчас.

Школа — через него. Лучший вариант для шестнадцатилетнего — пойти к классному руководителю самому, зная, что вы подключитесь, если разговор не сдвинет дело. Можно пойти вдвоём, где говорит он, а вы поддерживаете. Если вмешаться должны вы, сын узнаёт об этом до встречи, а не после.

Письменно и в полицию, если есть угрозы. Публикация записей без согласия, угрозы, порча вещей — поводы для заявления на имя директора, а при необходимости и в полицию. В таких случаях важна фиксация, а не эмоции.

Запасной выход как выбор. Другая школа, экстернат, колледж — это законные варианты, и обсуждать их можно спокойно. Главное, чтобы подросток выбирал из них сам, а не бежал. Похожий порядок действий для года младше разобран в статье про травлю в пятнадцать лет, а общие признаки собраны в разборе «Буллинг в школе».

Шестнадцать на фоне младших

В 10–12 лет ребёнок ждёт, что взрослые вмешаются, и радуется, когда за него заступились. Обиды видны снаружи, и школа реагирует быстрее, потому что это можно показать.

В 13–14 лет всё уходит в телефон и в шёпот за спиной. Подросток уже стесняется родительской защиты, но ещё не умеет справляться сам, поэтому в этом возрасте вмешательство согласуют с ним, а действуют всё же взрослые.

В 15 лет и старше расклад меняется. У подростка больше способов уйти из-под давления, и ему важно найти их самому. Он может сказать: «Мам, до выпуска два года, как-нибудь дотерплю». Спорить с этим в лоб не стоит. Лучше спросить, как он представляет эти два года по дням, и честно ли ему хочется их просто пережить. Родитель здесь советчик и подстраховка, а решения принимает сам старшеклассник, кроме случаев угроз.

Слова, после которых он уходит к себе

«Тебе шестнадцать, а ты не можешь за себя постоять». Для подростка это прямое подтверждение того, что говорит класс: с тобой что-то не в порядке. Разговор на этом заканчивается.

«Может, ты сам их задираешь?» Даже если вопрос из желания понять, звучит он как переход на сторону обидчиков. Лучше выслушать всю историю, а о его поступках поговорить отдельно, позже.

«Потерпи, скоро выпуск, и ты их больше не увидишь». Для взрослого это утешение, а для подростка приговор: терпеть ещё долго, и помощи не будет.

«Не выдумывай, тебя просто не так поняли». Обесценивание в шестнадцать лет подросток запоминает надолго и в следующий раз просто промолчит.

Практика от Кати: разговор по дороге

Старшие подростки легче всего разговаривают, когда не нужно смотреть в глаза. Поездка в машине, долгая прогулка с собакой, поход в магазин за продуктами — любая совместная дорога подойдёт. Лицом к лицу за столом такой разговор обычно не складывается.

По пути расскажите о случае из своей юности, когда вам было неуютно в компании. И о том, как выбирались, без морали в конце. Потом спросите одно: «Как думаешь, что из этого сработало бы у вас в классе, а что нет?» Я сама раньше начинала такие разговоры с вопросов в лоб и получала в ответ «нормально» и закрытую дверь. История вместо вопроса открывает больше.

Если он не подхватит, вернитесь к теме в ближайшие выходные, снова по дороге. Не выспрашивайте имена и не записывайте услышанное для школы без его ведома. Этот разговор про доверие, а не про сбор улик.

Кого позвать, если он не справляется

Ко мне приходил папа десятиклассника, который узнал о травле, когда сын в третий раз за месяц попросил написать записку в школу. Мальчик держался спокойно, шутил, учился неплохо. А потом оказалось, что он давно не заходит в столовую и ждёт конца уроков в библиотеке, лишь бы никого не встречать.

Подростковый психолог нужен, если сын всё чаще пропускает школу и резко бросил спорт, где раньше горел. Ещё признаки: ночи без сна, а о классе он говорит только со злостью или молчит совсем. Отдельный повод — если он начал оценивать себя теми же словами, которыми его называют в классе.

Предлагать помощь лучше через конкретную задачу: «Есть человек, с ним можно продумать этот год в классе. По-своему, а не как они хотят. Если не понравится, больше не пойдёшь». Как вы думаете, ваш сын откликнется скорее на слово «план» или на слово «выбор»?

Материалы сайта — не медицинская консультация и не диагноз.

Материалы сайта — не медицинская консультация и не диагноз. Если состояние ребёнка вас пугает, обратитесь к специалисту.

Катя Карпенко

подростковый психолог, системный семейный психотерапевт

Я работаю с подростками и их родителями каждый день. Моя задача не «починить ребёнка», а вернуть в семью контакт: чтобы вы снова разговаривали, а не воевали.

Подробнее о Кате → Задать вопрос психологу онлайн →